На примере ситуации в Сирии

Заявление министра Европы и иностранных дел Жан-Ива Ле Дриана - 20.04.18

Сирия

До сих пор эксперты ОЗХО не имеют доступа к месту химической атаки в городе Дума. Даже если Россия и Сирия будут выполнять свои обязательства, уже прошло пятнадцать дней. Задача миссии ОЗХО заключается в уточнении самого факта химической атаки, и, в случае действительного применения химического оружия, в установлении, какое отравляющее вещество было применено.

Безусловно, это препятствие отрицательно сказывается на качестве расследования. Возможно, это отношение связано со стремлением скрыть доказательства и вещественные материалы после химической атаки там, где она произошла. Миссии ОХЗО должен быть предоставлен полный, немедленный и беспрепятственный доступ к месту атаки, на чем мы всегда настаивали.

В последние дни Россия выступает с многочисленными противоречивыми официальными заявлениями по химической атаке в Думе: сначала атаки не было, на следующий день она была совершена вооруженными группировками, потом это манипуляция Запада. Никого не заботит ни связность, ни истинность информации, целью было посеять сомнения и внести путаницу. Россия распространяет видеоматериалы, показывает детей, в то время как в результате атаки погибло 45 человек, много раненых…"
Читать заявление полностью

Заявление официального представителя министерства Европы и иностранных дел - 17.04.18

Сирия – Химическое оружие

После атаки 7 апреля в городе Дума Восточной Гуты, в результате которой несколько десятков человек погибли, Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО) направила в Сирию команду экспертов – миссию по установлению фактов применения химического оружия.

Миссия должна установить, было ли применено химическое оружие и какое отравляющее вещество использовалось. Миссия применяет высокотехнологичные и высокоточные научные методы, которые мы могли оценить уже многократно. Миссия не будет заниматься определением ответственных за эту атаку: этим мог бы заниматься только совместный механизм расследования Организации Объединенных Наций и Организации по запрещению применения химического оружия, но его мандат истек и не был возобновлен в результате противодействия России в Совете Безопасности Организации Объединенных Наций.
До сегодняшнего дня Россия и Сирия не допускают экспертов, приехавших в Сирию 14 апреля, к месту атаки. Вполне возможно, что доказательства и главные элементы исчезнут с места, которое полностью контролируется российской и сирийской армией.

Очень важно, чтобы Сирия предоставила полный, немедленный и беспрепятственный доступ ко всем запросам ОЗХО: идет ли речь о расследовании на месте, опросе людей или ознакомлении с документами.
Читать заявление полностью

Отрывок из заявления Франции, с которым выступил посол Франции в Королевстве Нидерландов, постоянный представитель Франции в ОЗХО Филипп Лаллио. 16.04.18

«Налицо неоспоримые факты. Они опровергают самую грубую ложь и самые абсурдные возражения: Технический секретариат ОЗХО многократно приводил доказательства применения химического оружия в Сирии и доказал, что Сирия не задекларировала весь свой военно-химический потенциал.
Совместный механизм расследования ООН и ОЗХО (СМР) четко возложил ответственность за использование химического оружия, в частности, на сирийское правительство и сирийские вооруженные силы. Внесем ясность: новое применение Сирией отравляющих веществ в военных целях говорит о том, что у нее по-прежнему есть возможность их производить и использовать, что противоречит ее международным обязательствам, несмотря на гарантии, предоставленные Россией в рамках российско-американского соглашения 2013 г. Отныне для всех очевидно, что с 2013 г. Сирия негласно продолжала работу по химической программе. На сегодняшний день приоритетной задачей является предоставление Техническому секретариату возможностей для окончательной ликвидации сирийской программы, а государствам-членам – гарантии соблюдения обязательств, взятых в 2013 г.
Я хотел бы воспользоваться данной возможностью для официального предостережения против любой попытки манипулирования, инструментализации и дезинформации. Россия сначала заявила, что ответственность за данную атаку несет оппозиция, однако позже она стала утверждать, что никакой атаки не было, затем, что ее совершили вооруженные группировки, а еще позже, что это манипуляция со стороны Запада. В этих заявлениях отсутствует связность, их единственная цель – посеять сомнения и внести путаницу, и они не имеют ничего общего со стремлением установить истину.
Подобные истории нам уже рассказывали по поводу атаки в Гуте в августе 2013 г., затем по поводу нападения на Хан-Шейхун, в то время как уже получены научные доказательства организации вооруженными силами Сирии атаки с применением зарина.
Эти манипуляции настолько топорны, что могли бы вызвать улыбку, если бы речь не шла о мирном населении, которое вот уже 7 лет живет в страхе и мучениях. Подобная ложь просто отвратительна. Франция будет продолжать повсеместно бороться с ее распространением, выявляя подлинные факты и раскрывая ее глубинные механизмы».

Выступление премьер-министра перед Национальным собранием – 16.04.18

«7 апреля красная линия была пересечена.
Собранные Францией и ее союзниками данные свидетельствуют о реальности данной химической атаки, которую только что также подтвердила Всемирная организация здравоохранения. По сведениям, полученным нашими службами и союзниками и проанализированным группой наших медиков, имеют место многочисленные жертвы. Ответственность сирийских вооруженных сил за данную операцию представляется очевидной.
К сожалению, в Думе была применена такая уже испытанная тактика. Ее схема очень напоминает ту, что была опробована в Алеппо. Операционная стратегия отвечает четко поставленной цели: посеять панику среди гражданского населения и ускорить последние этапы военных действий, вытеснив вооруженные группировки любыми возможными способами. Речь идет о преднамеренной и неоднократно использованной стратегии террора.
Правящий режим уже не первый раз применяет химическое оружие. В 2013 и 2017 гг. Франция рассекретила данные, указывающие на ответственность Дамаска за многократные подтвержденные химические атаки. Во время нападения на Хан-Шейхун 4 апреля 2017 г. мы опубликовали национальную оценку, в которой доказывается ответственность правящего режима. Международные механизмы под эгидой Организации Объединенных Наций и Организации по запрещению химического оружия многократно подтверждали наши выводы. В докладе, опубликованном 6 сентября 2017 г., комиссия по расследованию ООН также установила ответственность сирийских правительственных сил за атаки в Хан-Шейхуне».

Выступление в Сенате министра Европы и иностранных дел Жан-Ива Ле Дриана – 16.04.18

«В ночь с 7 на 8 апреля Франция получила многочисленные свидетельства, достоверность которых не вызывает сомнений. Медицинские неправительственные организации констатировали наличие у пострадавших признаков химического отравления. Подлинность многочисленных взаимоподтверждающих фотографий и видеоматериалов также была удостоверена нашими экспертами. У 500 пациентов, обратившихся в субботу за помощью в медицинские учреждения, установлены симптомы, бесспорно характерные для отравления газом. Это также констатировала ВОЗ. Все наши лаборатории подтвердили факт химической атаки.
Что касается ответственности, то полученные нами данные указывают на координацию атаки сирийскими военными с целью ускорить восстановление контроля над данной территорией.
Каждый раз правящий режим действует по одной и той же схеме, прибегая к грубым манипуляциям. Вспомните Алеппо. Нам заявили, что химических атак не было, а затем было сделано все возможное, чтобы помешать расследованию. Жители Думы якобы пожертвовали собой, отравив самих себя газом, чтобы обвинить правящий режим, и все это при пособничестве западных разведывательных служб! Целая теория заговора! Чрезмерные манипуляции приводят к самоманипулированию! Все это делается только для того, чтобы посеять сомнения и разделить нас».

Интервью министра европейских дел при министре Европы и иностранных дел Натали Луазо телеканалу TV5 Monde – 15.04.18

Вопрос – Спасибо, что приняли наше приглашение. Как мы только что услышали, химическая атака подтверждена и вменяется в вину сирийскому режиму. Министерство обороны сразу же опубликовало на своем сайте рассеивающий любые сомнения оценочный доклад с фотографиями жертв, основанный на анализе свидетельств, видео- и фотоматериалов и рассекреченных документов французских спецслужб. В то же время ряд политических деятелей Франции выступает с требованием публикации доказательств. Что бы вы ответили тем, кто ставит под сомнение реальность этой химической атаки и ее виновников?
Ответ – Как уже сказал Жан-Ив Ле Дриан, достоверность атаки, с одной стороны, и ответственность сирийского режима, с другой, не вызывает никаких сомнений. Свидетельства неправительственных медицинских организаций, находящихся на месте событий, а также выявленные у пострадавших симптомы указывают на использование хлора и сильнодействующих нервно-паралитических веществ. Чьим интересам служит использование химического оружия в Сирии? Сирийский режим в прошлом уже неоднократно прибегал к его применению. Сирийский режим вел наступательные действия в Думе, именно в рамках этого наступления было использовано химическое оружие. Оно было сброшено с вертолетов, а вертолеты имеются только у сирийских вооруженных сил. Поэтому никаких сомнений быть не может.
В – Но анализ химических веществ, которые предположительно были использованы, пока еще не произведен. Об этом, кстати, говорится в оценочном докладе министерства обороны!
О – Нам известны симптомы: удушье, конвульсии и прочее.
В – Это свидетельские показания…
О – Это показания и тщательно проанализированные изображения, которые не дают ни малейших поводов для подозрений в манипулировании. Все эти материалы прошли очень скрупулезную проверку. У нас есть все основания полагать, что имела место химическая атака, организованная режимом Дамаска, именно поэтому мы решили сделать соответствующие выводы.
В – Госпожа министр, с тех пор как были нанесены удары, повсюду – особенно в социальных сетях – распространяются многочисленные теории заговора. Это настоящая пропагандистская война. Как вы считаете, все ли было сделано для того, чтобы избежать размножения противоречивых теорий и сомнений в достоверности химических атак? Принимая во внимание, что инспекторы по расследованию отправились на место событий и еще не вернулись, что министр иностранных дел говорит об оценке с большой степенью вероятности – все ли было сделано для того, чтобы избежать разгула пропаганды?
О – Давайте вспомним: сразу же после атаки 7 апреля мы вынесли на рассмотрение Совета Безопасности проект резолюции о немедленной отправке в Сирию механизма по расследованию и контролю для выяснения информации о происшедшем и установления ответственности. Кто воспрепятствовал принятию этой резолюции? Россия, наложившая на нее вето. Это было уже двенадцатое ее вето на проект резолюции по Сирии и шестое по химическому оружию. Вы правы, в социальных сетях развернулась настоящая пропагандистская кампания. Я была этому свидетелем в прошлый вторник, сразу после того как выступила перед Национальным собранием с докладом о химическом оружии и виновности сирийского режима, а также с призывом к ответственности, обращенным к союзнику Сирии, т.е. к России. Стоило мне закончить выступление, как раздался хорошо организованный и согласованный хор заявлений о манипулировании, провокации и недостатке фактов. Это пропагандистская война, и этой пропаганде нельзя поддаваться и верить. На сегодняшний день есть все основания полагать, что было применено химическое оружие…
В – Это совершенно точно?
О – Без всякого сомнения. Удары по объектам, предназначенным для производства и использования химического оружия, не наносятся, если нет уверенности в том, что его применение имело место. Не будем забывать, что оно уже было использовано год назад в Хан-Шейхуне. Механизм по расследованию использования и происхождения химического оружия подтвердил факт его применения и причастности к нему сирийского режима. Что произошло после этого расследования? Именно тогда Россия стала использовать свое право вето таким образом, что возможность работы независимого механизма расследования в Сирии теперь полностью исключена.

Интервью министра Европы и иностранных дел Жан-Ива Ле Дриана телеканалу BFM – 14.04.18

Вопрос – Господин министр, на сегодняшний день, конечно, имеется много вопросов, но главный из них, это каковы доказательства. Президент Республики сказал: «У нас есть доказательства причастности режима». Вы сами говорили о «подтвержденной и идентифицируемой атаке». Вы убеждены в том, что правящий режим использовал химическое оружие во время атаки на Думу 7 апреля. Располагаете ли вы сами доказательствами и намерены ли их предъявить?
Ответ – Сегодня утром мы опубликовали на сайте Министерства Европы и иностранных дел документ, который позволяет каждому ознакомиться с имеющейся у нас информацией. Дело в том, что в какой-то момент после химической атаки в субботу 7 апреля, уже больше недели назад, появились некоторые комментарии, отрицающие факт химической атаки. Между тем у нас имеются многочисленные сообщения, свидетельства, фотографии, видео, снятые людьми на месте событий, которые после соответствующего анализа показали, что речь идет именно о химической атаке и о применении газа. Все фотографии были изучены нашими службами и нашими лабораториями. Можно утверждать без малейших сомнений: химическая атака имела место. Кроме того, мы располагаем очень важными свидетельствами медицинских неправительственных организаций, которые уже несколько лет – потому что, к сожалению, этот конфликт длится с 2011 г. – работают в больницах, лечат людей и передают нам информацию самого удручающего свойства. Помимо всего этого, у нас имеются надежные сведения, указывающие на то, что операция была организована сирийской армией. Она вполне согласуется с действиями сирийских вооруженных сил, направленными против части повстанцев Восточной Гуты, которые не желали сдаваться. Применение такого циничного и варварского средства, как химическое оружие, привело к капитуляции последних участников обороны.
В – Есть ли у вас доказательства того, что именно сирийские военные координировали эту химическую атаку?
О – У нас есть важные сведения по этому поводу.
В – То есть приказы отдавались военачальниками на самом высоком уровне?
О – У нас есть все основания полагать, что дело было именно так.
В – Возможно даже на уровне самого президента Сирии Башара Асада?
О – Об этом на сегодняшний момент еще нет данных.
В – Хотелось бы все же вернуться к вопросу о доказательствах. У вас есть химические образцы, которые прошли анализы и свидетельствуют об использовании… какого газа? Хлора? Другого отравляющего вещества?
О – Исследование образцов еще не завершено. На сегодняшний день я могу сказать только, что анализ, который намечено провести, позволит выявить все использованные газы. Среди них совершенно точно был хлор, но, по-видимому, и другие вещества, поскольку исследования, проведенные нашими лабораториями, показывают, что выявленные симптомы могут быть вызваны не только хлором, но и другими газами.
В – В настоящее время эти образцы анализируются вашими службами?
О – Да, они анализируются нашими службами.
В – Вам, конечно, известно, что как раз сегодня на место событий отправляется группа по расследованию, состоящая из инспекторов ОЗХО – организации, которая должна установить факт применения химического оружия. Имеет ли еще смысл эта миссия и поддерживаете ли вы ее?
О – Что касается проверок, то приходится констатировать, что они организуются с большим опозданием. Ранее существовала специальная система, механизм, разработанный ООН и Организацией по запрещению химического оружия, ОЗХО. Задачей этого механизма проверки было установление ответственности за применение химического оружия, если таковое имело место. Система была достаточно результативна. Так, например, в апреле прошлого года она позволила установить ответственность правящего режима за проведение операций с применением химического оружия, которые привели к американскому вмешательству. Механизм работал настолько хорошо, инспекторы действовали настолько эффективно, что Россия выступила против продления их полномочий. Кстати, через три дня после химической атаки, то есть во вторник, мы внесли предложение на заседании Совета Безопасности о продолжении работы механизма. Это позволило бы на месте событий установить, кто и за что несет ответственность. И Россия снова выступила против этой операции, использовав свое право вето. Так что миссия начинает действовать очень поздно. Ее работа по-прежнему важна, но, если бы требовалось действительно установить истину, то нужно было бы сохранить механизм, согласованный и скоординированный ООН и ОЗХО, против чего все время выступает Россия.

Заявление министра Европы и иностранных дел Франции г-на Жан-Ива Ле Дриана - Ситуация в Сирии - 14.04.18

Читать полностью

Национальная оценка - Химическая атака 7 апреля 2018 г. (г. Дума, Восточная Гута, Сирия) - Секретная химическая программа Сирии (14 апреля 2018 г.) - 14.04.18

Читать полностью

Интервью министра Европы и иностранных дел Жан-Ива Ле Дриана телеканалу TF1 – 14.04.18

Вопрос – Господин Ле Дриан, спасибо за то, что приняли наше приглашение сегодня вечером. Россия и Сирия категорически отрицают свою причастность к газовой атаке на мирное население в прошедшие выходные. На основании каких данных, каких доказательств и каких конкретных элементов вами было принято решение о нанесении ударов?
Ответ – Позвольте мне, прежде чем отвечать на ваш вопрос, выразить благодарность французским военным, которые продемонстрировали хладнокровие, мужество и безупречный профессионализм при выполнении этой крайне сложной задачи.
По поводу вашего вопроса: в прошлую субботу, неделю назад, имели место химические атаки. Нами было получено большое количество информации: фотографии, видео, свидетельства на сайтах и в социальных сетях, которые широко распространились после случившегося. На основании анализов, произведенных французскими службами, информации, полученной от лабораторий, сведений, предоставленных медицинскими неправительственными организациями, которые нам хорошо известны и которые работают в этой части Сирии уже много лет, мы установили, что был использован газ, а именно хлор, – возможно, также и другие газы – в результате чего погибли 45 человек и несколько сот получили ранения. Химическая атака была произведена в рамках наступления на Восточную Гуту сирийской армии, встретившей сопротивление, которое Башар Асад решил подавить как можно скорее уже использованными им ранее средствами. Применение химического оружия для него привычно, он уже неоднократно прибегал к нему: вспомните Алеппо, вспомните 2013 г., о котором мы только что говорили, вспомните также события 2017 г. Правительство Башара Асада и сирийские вооруженные силы уже использовали химическое оружие, для них это обычная практика. Необходимо было положить этому конец.
Еще в самом начале своего правления, в мае 2017 г., президент Макрон обозначил красные линии, переход которых спровоцирует вмешательство Франции, об этом он даже заявил на встрече с президентом Путиным в Версале. Президент Путин выразил свое согласие с такой позицией. И вот сейчас сложилась ситуация, требующая вмешательства: необходимо было показать, что, принимая на себя обязательства, президент Макрон намеревался твердо их придерживаться.
В – Имеются ли у вас доказательства того, что сирийский арсенал химического оружия теперь полностью уничтожен, как это утверждает Пентагон?
О – Это масштабная операция, направленная исключительно на объекты, связанные с программой химического вооружения Сирии, а не на сирийскую армию или ее союзников. Необходимо ликвидировать сирийский арсенал химического оружия, что должно было быть сделано еще в августе 2013 г. Были нанесены мощные удары, разрушившие склады оружия, места его сборки, лаборатории. Теперь осталось убедиться в том, что подобных мест не осталось. Организация по запрещению химического оружия существует и работает, ее эксперты должны иметь возможность провести проверку. Нужно получить уверенность в том, что Башар Асад больше не сможет применять химическое оружие.
В – По вашим словам, с прошлого воскресенья вы убедились в том, что Башар Асад виновен в военных преступлениях. Достаточно ли будет предупреждения, имевшего место этой ночью? Или в конечном итоге он выиграл, если Франция на этом остановится?
О – Надеюсь, что этого будет достаточно. Мы все на это надеемся. Химическое оружие ужасно, человечество отказалось от него еще после окончания Первой мировой войны. Имеются соглашения, которые были одно за другим подписаны практически всеми членами мирового сообщества и которые Башар Асад регулярно игнорирует и нарушает. Я надеюсь, что его союзники смогут дать ему понять, что это пора прекратить, что нельзя прибегать к химическому оружию, если хочешь еще какое-то время оставаться во главе правительства, несмотря на широкие протесты.

КАРТА САЙТА